Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: они (список заголовков)
22:28 

Сама себе автор
Описывали тактику Алана переносить прессинг, а нашли признак романсибельности в его глазах. Чище эрекции!
Итак, если его прижимает к стене безразличный ему человек, Алан расслабляется, уходя в себя. Беззащитность перед другим сулит боль, и он словно бы покидает тело, как холодную комнату, пока та не станет опять жилой. Беззащитность - это как обнаженность. И он скрывается от тебя.
Но если это серая - он остается с ней. У него идет отклик, он, в этом расслаблении, словно бы раскрывается ей навстречу, открывает истинного себя. То, что таилось в нем как искра, смешавшись в контакте с ней, в ком он видит и защиту, и своего, кто одной с ним крови и воплощает его сокровенный образ... Вспыхивает. Искра попадает в вино. И нечто загорается в его глазах, над светлой-светлой улыбкой, и мы вправду видим того, кем она его назвала...
Но сексуальное возбуждение у него другое. В разгар его это сродни спазматическому припадку - он сжимается, расслабляется, напрягается, расслабляется и сжимается... Это жар, это словно в нем что-то рвется на волю, это словно борьба стихий... И гармония в той войне дастся очень, очень непросто.

@темы: они, dream about me

21:26 

Алан. Подобие резюме в процессе развития

Сама себе автор
Во всех реальностях и ипостасях, Алан - человек, выросший в зоне перманентных давления и угрозы. Если это не гендерная гомофобия [но всегда она] - то расовая дискриминация. Если не расовое - то социальное. Если не социальное - то общественное, как к предателю. В общем, язык мой не повернется сказать про "хорошую школу жизни", но растет и взрослеет Алан меж жерновов отвержения, под суровым прессингом. И прокачавшись, становится неотразимым. Но вот если он не прокачивается... То, во-первых, являет собой крайне жалкое и жалостное зрелище, во-вторых, тогда его судьба целиком начинает зависеть от наличия на горизонте отеческих фигур с развитой милостью к падшим. Ранний Алан не просто мало жизнеспособен, он обречен.
Алан - человек, живущий в мире, где его способы влиять на ситуацию строго ограничены. В начале его пути его мнение [и душевное состояние] никогда никого не интересует. Даже если он будет расти в клане сливок общества, он всегда будет самым крайним там. Ему приходится по возможности слиться с фоном, а его инициатива будет - по крайней мере в его глазах - чуть ли не фатальна. В итоге долгие годы он живет в постоянном страхе. В мире, где не может ни требовать, как право имеющий, ни драться, как боеспособный.
Здесь расходятся их пути с Мори. Она будет ломать когти, чужие челюсти, ломать свою судьбу - но выражать протест. Пробиваться, прокачивать мускулы и брать яростью и напором там, где не выиграть силой. Если она уходит в подполье, то это будет путь саботажника. Действовать и сражаться в открытую - ее натура, и этого она скрыть не в силах, как ни старалась бы. Алан, видя, чего может стоить попытка достичь чего-либо напрямую, начинает изворачиваться и манипулировать. Он старается прикрепиться к кому-то сильному и/или по крайней мере поизбавляться от более уязвимых. И вот ирония: иногда он, вовремя не разглядев в Мори сильную, делает не ту ставку, а после с ужасом наблюдает последствия своего просчета.
Однако ни один враг не сможет нанести ему большее увечье чем представляет собой его самооценка на энном этапе жизни. Впрочем, чем развитей он становится, тем безболезненней проворачивает свои маневры. Он находит в этом себя и входит во вкус. Если ранний Алан, тихушничая, справедливо чувствует себя загнанным в угол и презирает за ущербность, то поздний Алан воспринимает как скорпиона, задействующего фирменный удар с хвоста, и мы не знаем, был ли он склонен к этому от природы, но можем видеть, с каким упоением он выделывает это сейчас. И если развитая Мори - дитя природы в своем расцвете, то Алан, поправив психологическое здоровье, становится произведением искусства. И пусть их гармония разная, достигнув ее они оба великолепны.
А вот с физическим здоровьем все сложнее. Если с ним проблемы, то они в лучшем случае не усугубятся, но вылечиться полностью не в его власти. Чаще всего это клинически расстроенные нервы, проблемы с сердцем, астма или, реже, плохая свертываемость крови. Слабый вестибулярный аппарат входит в комплект всег-да.
Но каким бы ни было его личное КПД в соотношении с потенциалом, Алан - кадр драгоценный. Не будь в нем заложена эффективность, он и не выжил бы. Основная сложность - заметить в нем этот бриллиант, а самого его, как бы он ни тщился не отсвечивать, заметить благодаря его имиджу очень просто.
Ведущее требование Алана - безопасность. Примечательно, что для раннего это по умолчанию значит еще принятие его и даже энный процент заботы. Т.е. то, что он не способен генерировать себе сам, но из чего он черпает свою силу. Кстати, для средней и поздней версии его имидж и есть проявлением им о себе заботы, из базового набора как сон-еда. Для раннего же Алана это среднее между клемйлением самого себя и злобной издевкой над своими потребностями.
Еще момент. Ранний Алан - отчаянный карьерист. Приравняв продвижение к выживанию, он пойдет на все, лишь бы чуть утишить свои невротические кошмары. Классический синдром Скарлетт: "А в голове все время вертится мысль: «Если я из этого выберусь, то никогда, никогда больше не буду голодать». И когда я просыпаюсь, у меня такое чувство, что все деньги мира не в силах спасти меня от этого страха и голода. Я же, Ретт, иной раз очень старалась хорошо относиться к людям и быть доброй к Фрэнку, а потом мне снился этот страшный сон и такой нагонял на меня страх, что хотелось выскочить на улицу и у всех подряд хватать деньги — не важно чьи — мои или чужие." Справедливости ради, этим часто страдает и Мори, только она не станет бить тебе в спину и подсыпать яд, а он все это проделает, и нередко при первой встрече. Как говорится, драться он не умел, так что предпочитал сразу убивать.
С Аланом более поздним нюанс другой. Предлагая свои услуги серой, он недаром решающим аргументом назвал как раз гарантию неподсиживаний. Если ранний Алан рвется наверх не только для безопасности, но и чтобы потешить вконец истерзанную самооценку, а потом превращается в деспота, то Алан прокаченный и спокойный счастливо проживет жизнь в тени. Честолюбие - это у нас про Мори, Алан предпочитает скорее чувствовать себя под крылом или частью целого. Он отнюдь не жаждет избытка ответственности и понимает, что особенно он хорош на вторых ролях. И, покуда беда не стучится в дверь, покуда у него есть влияние на того кто сверху, он будет стоять близ трона или в тени, советуя или манипулируя, будет чувствовать себя на своем месте. И будет верен. Скорей всего, даже предан.
...Увы и ах, Алан поздний крепко запомнит, как в свое время мыкался без отеческой фигуры. И, даже обретя ее в вышестоящем, не откажется от желания стать ей сам, самому кого-то взять под крыло, самому что-то защищать... Вероятней всего это станет их с вышестоящим общее дело. И вот если однажды он обнаружит, что тот, вольно или под заблуждением, готов навредить их детищу... И если он не сможет достучаться... Вообще, если Алан явится к вам и прямо что-то попросит, а отказ доведет его до отчаяния... Не "если." :facepalm: Так будет обязательно. Это может разбить ему сердце и подписать смертный приговор, но забота о благе дела, в которое он вложил душу, на первом месте. И на роду его, знать, написано, веря всегда в одно, непременно сменить баррикаду хотя бы раз за повествование.
В заключение слово о тактике. Если ранняя Мори может жить в напряжении, периодически сбрасывая его хоть у той же груши, а после оно становится для нее потребностью словно специя, не дающая застояться крови, то ранний Алан - зародыш, нуждающийся в тепле с покоем и калечащийся от потрясений. Остро чувствуя уязвимость, он стремительно превращается в задерганного невротика. Поэтому Алан поздний... всегда расслаблен. И если Мори идет по жизни фехтуя или играя в теннис, Алан не группируется, а пропускает все сквозь себя, ловит благоприятные ему течения. Он знает, что его сила - в гибкости, знает, как, не умея плавать, не утонуть в воде и как, падая, не расшибиться. Если схватишь за горло, прижмешь к стене, Мори даст отпор или, сверкнув глазами, вся подберется - а он расслабится. Он будет играть в пластилин, отрешаясь или подыгрывая. Он примет нужную форму [но нужную не тебе, а ему] и, если не обезоружит тебя этим, то по крайней мере сведет до минимума урон.
Он может быть жертвой, может казаться стоиком - но он а-дап-та-тор. И этим может быть эффективнее аллигатора.

@темы: они

15:34 

lock Доступ к записи ограничен

Сама себе автор
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:50 

Сама себе автор
Для Мори Амелл это было символом Каллена. Въевшимся в его образ, разъедающим ее душу при каждой мысли о... "Любовь?! К магу?" Это было ее ответом. Как ему, так, пожалуй, самой идее. Не оружием, не забавой, нет... Обоюдоострым лезвием - без рукояти, в сжатой руке... Это был не ее подход! Ее изводило это притворство, сколь бы откровенным оно ни было. Но она не смогла тогда разобраться в себе и сгущала краски. Это стало зудящей потребностью, и сравнение с зудом тут ключевое: кажется, будто твой организм просит впиться в него ногтями, будто царапать себя же в кровь - единственный путь. А он просит его помыть.
Ей бы просто поговорить с ним... Не было ничего сложнее.

Для Алана это чисто его натура. Он может знать о том или нет, ставить целью или просто быть собой, самой невинностью - но когда, на заре знакомства, серая как-то прижала его к стене, сообщить, что он тоже хищник... он улыбнулся ей. Светло. Сама невинность.

Для Кэролайн это метод. Любимый метод. И самой их любви бы не состоялось, кабы не он. Герой бы как не заметил ее при встрече, так и не замечал бы после.

Ответ:

@темы: Dragon Age, ГиК, они

12:51 

Для истории, через рот, раз уж клавишами не выпечатывается

Сама себе автор
Если Мори свои эмоции выражает лицом, голосом и общим настроением телодвижений, я сказала бы, то у него лицо чаще играет роль зомбоящика, а движения сведены к степенному минимуму. У него очаги спонтанности это кисти рук и, пожалуй, плечи. Так вот скрещивать на груди руки - его обычная поза. Самоостранение. А тут, когда он только слышит предложение, у него инстинктивно поджимаются пальцы, как от холода или жара, и когда он самоотгораживается, то прячет их, чуть ли не зажимает в подмышках! И сидит так вплоть до ее возвращения, а я все пытаюсь понять, что он хочет этим сказать - или наоборот, не хочет. Пытается ли он защититься, или это - невольное? - восклицание языком тела: хочешь, нажми - не хочу!
Или это усилие не хотеть?.. Д-да блин!

@темы: они

11:59 

Сама себе автор
...да еще эта железяка через каждые двести метров скрипит и стучит по крыше.
- Знаешь, что? - восклицает она, вспылив. Но она и сама не знает.
Когда молчание прерывается, в ее голосе хрипотца, словно все это время она спорила с ним без умолку.
- Я лезу отцеплять эту херь. - говорит она. Он глядит с вежливым, даже благовоспитанным интересом, пряча за этой крахмальной пеленой промелькнувшее было беспокойство. - Если думаешь, что все дело во мне, и ваш гр-ребаный мир... в общем, что я тут, хочешь - жми на газ. Жать кнопки-то ты умеешь, а?
Приложив его этим прощальным словом, она и вправду лезет на крышу, уже не видя, как он складывает руки на груди. Вернее как их складывает. Рефлекторно.

Позже он будет с экрана [где-то 3 на 4] давать советы.
...Да? Ну вот и хорошо, так и скажешь им. Служил Родине, спутал ее с государством... Да, да, не так, конечно: лексику проще, больший упор на искренность. Нет, от этого ты далек, это и не твоя забота. Идеология закончилась на том, что они победили, и вы теперь все будете Прозревать. ...со временем. Главное, не переиграй. Ты сейчас сражен, деморализован и безобиден. Поверь, им новое кровопролитие нужно не более твоего. Да, а ты у нас исполнял приказ, критическому мышлению не обучен... в общем, это интеллигенты, так что при случае нажимай им на чувство вины за народный уровень. Главное переждать реконструкцию, ну а после... Стук лбом открывает двери, дарю рецепт.
А? Нет-нет, я только одному знакомому. Делюсь опытом перерождения: рассказываю, что я увидел, как ты метаешь ножи, раскаялся и стал хорошим.
Да, я слушаю. Я? Нет, мне уже не поможет. Да, и если возникнут сложности с изображением чувства стыда, то вспомни, что весь наш труд постепенно свела на нет одна молоденькая девочка. Вполне обычная.

@темы: они

04:56 

lock Доступ к записи ограничен

Сама себе автор
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:25 

Сама себе автор
Мне уже даже знаки слышатся наяву. Два неких чувака хотят выступить против Алана, строят планы. Один такой: да это ж просто! Вон, тут у него уязвимость, там слабость, здесь он ваще нихрена не может... И второй, довольно-таки уныло: да, но он же все это знает...
Ха-ха, он знает.

@темы: они, грейс[о]ны

17:26 

lock Доступ к записи ограничен

Сама себе автор
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:30 

Сама себе автор
Когда она еще под наркозом, он приходит на нее посмотреть [думаю, так он себе это объясняет, старательно игнорируя мысль, что за мониторами камер он только этим и занят какбэ] - и гладит ее по щеке.
А почему не по левой, спрашивает она приоткрыв глаза. Ты у нас стал теперь левша?
Он вздрагивает и отступает, но от Мори не укрывается, что после этого он еще встряхивает кисть руки. Как отряхивает ее о воздух. Доформируйся эта мысль, она бы вставила, что тем воздухом они оба дышат.
Но она только успевает спросить вдогонку, что же он, интересно. делал с ней, до того как убавил дозу анестезии. А теперь ты меньше меня боишься? Прогресс, прогресс.
Это звучит бравадой: он уходит поспешно, но в лице, в движениях, даже в голосе, разомкни он губы, царит неприязненное равнодушие.
Не туда смотришь, девочка. Он ведь забыл, что убавил тебе наркоз. Забыл ли он, для чего? А рука... может, он о тебя обжегся.
Но ты права.

@темы: они

17:20 

Сама себе автор
Warning: пишу по памяти.
Итак, лучшая кинопародия на моих серую и Алана? Та-да-да-дам, та-дам-м! Оба они уже заняли свои места и достали попкорн, так садитесь и вы, друзья, поудобнее, сейчас компания актеров-нелегалов покажет вам запрещенную мини-пьесу. О причине запрета судите сами.
Жили-были две девушки, две сестры. [Как покажет чудо-сценарий, было б лучше одну из них сделать братом-геем... но это спойлер.] Сестры желали одного юношу, но взаимность, в смысле большая любовь, а следовательно возможность была только у одной из них. На беду, колдовать-то умели обе, так что обделенная сестра, будь дура, приняла облик другой и лишила бедного парня как плотской невинности, так и доверия в глазах оригинала. Оригинал, застукав их, весьма расстроился. Будем надеяться, что обманщица получила на тот момент все что хотела от этой жизни, ибо тут ее жизнь и кончилась.
Но несчастную рогоносицу ее мщение не утешило. Шутка ль дело, увидеть своими глазами со стороны, как ее возлюбленный трахается с ее же телом? Извиняюсь. Штука ли дело, своими глазами видеть измену ее любимого? И постигла тогда наша героиня, что даже лучшие из мужиков - козлы.
Парень же, будучи козлом весьма моногамным, тоже очень расстроился. И, небезосновательно понимая, что ему уже не отмыться, подошел к делу радикально, да и отрезал себе орудие грехопадения. Героиня расстроилась еще пуще. ...ибо постигла она тогда, что и те, кто не сволочи - идиоты. Власть таким доверять нельзя, да и свободу давать - тоже лишку. Н-надо строить страшный матриархат! [Кто не знает, это как сейчас в Арабских Эмиратах, только к мужчинам и раз в пятьсот помягче.] Сказано - сделано. Взялась девушка за карьеру, да - на амуры-то не размениваясь - так крепко взялась, что стала императрицей. Красивой, эффектной и очень грозной. Главзлодейкой этого фильма то бишь.
Ахтунг, теперь угадайте, друзья мои, кто, единственный из всего мужеского пола, был ей допущен к власти? Кто устроился лучше всех, а походу ваще вторым лицом в государстве??.. Вам ни за что, конечно, не догадаться. Вам же в голову не придет такой свежий ход по борьбе с мужиками-козлами, а? И стал он вторым злодеем этого фильма, то ли первым министром, то ли советником, в общем, как Алан, но только тумбочка. Правда, тумбочка тоже вполне симпатная, зело эффектная и ну очень мрачная. Знать-то семейная жизнь у них с ней так и не наладилась. Ну а может его чем-то не устраивала ее политика. Нам, увы, остается гадать об этом - ну зачем уделять внимания отношениям этой парочки, когда можно 9/10 фильма показывать нам компанию главгероев?
Пробежимся и мы по ним. Вот простой чувак-нелегал-актер. Все думают, что он Избранный, который отыщет волшебный меч и прикончит императрицу. Вот работорговка подтип Барби, которая хочет за него замуж чтоб быть женой императора. В конце оказывается, что он простой валенок, но она уже привыкла хотеть за него взамуж - и таки становится женой императора. Вот такой же чувак-нелегал-актер, но на вид совсем валенок, а по факту сын Джеки Чана и настоящий внезапно Избранный. В конце он откажется от престола и уйдет в поля в обнимку с засланкой императрицы, которая разумеется не сумеет его убить, как должна была. И ни у кого из них нет коронного номера!
То ли дело наша парочка? У императрицы вон есть хобби. Цитируя другой фильм, ровно в 6.20 мой папа-сатана прерывался в поджаривании простых грешников: это Час Наказывать Гитлера. (с) Сестру-то наша императрица убила не до конца. Вот и спускалась к ней в подземелье, помучить экзорцизмом ее дух. В этой сцене наш главвизирь, которого она, видно, таскала на это мероприятие в педагогических целях, устал от однообразия, ну и брякнул жалостным тоном "Госпожа, это ж ваша сестра!" Не помню ее реакцию, знать-то меня накрыло фэйспалмом даже тогда.
А еще у нашей императрицы есть одна светлая мечта: в день финальной битвы своей магией превратить поголовно всех мужчин в женщин. На этой ноте я начинаю скабрезно ржать и снова строить пошлые домыслы про их семейную жизнь в условиях его анатомии. Не менее интересен другой момент: нам показывают бесстрашных сопротивленцев, бьющихся натурально в истерике, когда у них начинает расти грудь. А ниже?.. Оно как, отпадает совсем или выворачивается наизнанку? И что думает про это наш главвизирь?..
Ну а его коронный номер это финал. Императрица мочит героев аки младенцев, герой вспоминает про свой волшебный антимагический меч. Императрица тут же полувытягивает души из героинь и заслоняется ими как щитом. Немая сцена. Ну, то есть как немая...
- Давай, Уголек, любимый, бросай в нее меч, давай!
- Неееет, я не хочу умирать! Я только взамуж хочу, а не умирать! Не броса-ай!
- Да кто вообще сказал, что я умею бросать мечи?
И, тут натурально с небес аки ангел только без крыльев, за спину ГГ спускается главвизирь. [Да, с какого-то перепугу он тоже выучился колдовать. Венерически это что ли передается?..] Приобнимает ГГ со спины, кладя руки поверх его рук и толкает чудесную речь про то, что возлюбленную конечно жалко, но давай, парень, одним ударом всех действующих женских персов фильма. И устроим лютый патриархат обратно?
Ну, не совсем так, конечно, скорей про то, что возлюбленных надо вовремя убивать, пока они не...
В общем, черт с ним, главное что императрица так обалдела, что выпустила девчонок, а главвизирь руками ГГ отправил тот меч в полет. А потом тем же чудом внезапного колдовства подлетел к императрице так, что их красивенько пришпилило друг к другу. И опять толкнул речь, уже про то, как сильно он ее любит и никада ни разу не предавал. Этого бедная женщина не стерпела и уронила их обоих в бассейн, только лепестки роз романтично сложились в сердечко на поверхности.
И матриархат сменился на мягкий патриархат.
Ну как?

@темы: Ы-ы-ы!))), они, радужное

00:15 

lock Доступ к записи ограничен

Сама себе автор
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:39 

Кухня его работы

Сама себе автор
ГГ впаривает, он спорит. Дает отмашку, но возникают третьи. Четверто-пятые... Кто только предписал публичность?
Опять отмашка, опять экспромт, маскируемая беспомощность после первых слов, опять душное воодушевление: вот же, планы, цифры, должно сработать! «Кто тут работает, интересно, а кто... ведь я же предупреждал!..» Отмашка.
Новые "аргументы" к отмене знака... Отмена...
Гомон, бурлящий ушат бессмыслицы. Старательно забиваемая, заполняемая, невыносимо немая сцена. Сводки-цифры-моральный дух... Пустота, звенящая пустота. «Я обо всем этом уже думал.» Перевыполнить норму... «И так, дружок.» А если это? А если то? «Прекрати. Нет, я это прекращу.»
Но оборвать этот пылкий поток - значит оборвать жизнь, и он почти против воли вслушивается... Тщетно. Без толку, зря растягивать. Не придумали - значит естественный отбор. Отмашка. Пусть себе говорят в процессе.
И тут в закипевшем аду он слышит...

- Нет, вы надо мной издеваетесь?
Она хотела бы высказаться полнее, но тело уже почти распрощалось с ней, голос сиплый, а лицевые мышцы не повинуются:
- Над тобой?
Теперь ушат _ледяной_ воды.
- А ты - труп. - вырывается у него плевком, как брызги с раскаленной сковородки, с такой злобой... Что он сам теряется на мгновение, но, хоть ладони давно вспотели, тут же снова берет себя в руки.
«Да, эт-то мысль... Может и сработать.»
Отмашка. Последняя в ее жизни. Или предпоследняя...
- Продолжай.

***
Ему хочется рассмеяться по-настоящему, хочется сгинуть, хочется как-то унять эту боль в груди, пусть хоть боль от удушья - но каждый вдох обрывается в судорожные выдохи.
С чем-то из списка ему собрались помочь.
Садится рядом, примеривается, как влить в него содержимое своей кружки. «Зачем, не трогай ты меня, только не ты...»
- А я зомби. - говорит она невинно.

@темы: они, dream about me

18:23 

Сама себе автор
Как увидишь свои описки [ой, то есть опечатки], так вовсе что-либо печатать заречешься. "Запивший ад" это сильно. :facepalm: Даже ведь не "запевший", что было бы и по смыслу, да и по близости к нужному слову намного лучше!
В чем весомое преимущество фанфика, с ним меня этакое не пугает. Классические нетленка и жопись, а?

PS: кстати, Алан, а почему ушат? "Татьяна, русская душою..."

@темы: грейс[о]ны, они

14:12 

Что Мори снилось

Сама себе автор
Первый сон. Шизоидный.
Лирическое отступление: когда Мори дерется, для нее главное либо разрядка [сильней ударить], либо удовлетворить свою жажду крови [причинить больше боли или вреда]. Когда Кэрол дерется... нет, Кэрол не дерется. Она перемещается в пространстве и устраняет неправильную ситуацию, либо неправильного челове... о, в смысле нейтрализует неправильного человека. По большей части. Т.е для нее главное поскорей завершить все, либо вырубив, либо заставив прочувствовать максимальную свою беспомощность, а уж боль ей опциональна.
Но порой она делает исключения. Вот сегодня какой-то мудак, которому она была крайне антипатична, решил сыграть в резиновую морду, притворившись нашим героем. Да еще и решил повторить на бис один его неправильный поступок... Мудрое решение, конечно. Ирония в том, что когда это делал герой, Кэрол просто не ожидала этого, а вот тут она просекла морок сразу же, но по реалиям сна сочла, что так нужно для оригинала, и сознательно дала себя ударить. Больно. Зато потом все произошло очень быстро и очень правильно: морок спал, мудаку вломили, а потом, по странным законам сна, с не меньшей силой вломили и девушке, которая ему очень нравилась. Последний кадр: сидят на полу, у обоих аж слезы выступили. Но Кэрол недаром зовет себя феей мысленно! Эти двое разговорились про слезы, гендерное и феминизм, так что явно жили потом долго-счастливо.

Второй сон. Неописуемый.
Очень прошу, не рассказывайте про это Шепард. И Призраку, благо их в той реальности-то и не было.
Ну что, я фонтанирую восторгом от концовки Mass Effect 3. Она кажется мне прекрасной, логичной и катарсичной до опупения. Ведь Жнецов с какого-то перепугу возглавил Сарен, Катализатор задвинут был вовсе в тень, Горн оказался тем чем и должен быть - ловушкой с длиннющим послужным списком, все попытки найти другое спасение завершились ничем, ресурсы были потрачены, и вот в самом финале Мори, занявшая место коммандера, стоит и видит полный бесповоротный конец их миру. Всю игру мы тешили себе иллюзией, дергались в своих ниточка, танцуя старинный отработанный сотней предшественников танец марионетки. А все было предрешено. И Мори, Мори Амелл, просто не может этого вынести. Говорит всем своим затеряться [!] где только можно, чтобы подольше выжить, ну а сама... Ее решение это "выйду в поле и застрелюсь," с той поправкой, что звучит как "Я возьму дробовик [?!] и пойду туда..." Т.е. на какую-то сверхважную для Сарена чуть ли не конференцию со Жнецами.
Разумеется, они пошли все вместе... Зная, что на что, почему и зачем. Убивать до тех пор, пока не убьют. И Шепард выжила. Она и еще кто-то. Один. И тот застыл потом, как завис. Единственные, кто остался жив. Да, они выкосили Сарена и главжнецов, так что Катализатор вернул себе бразды правления и так восхитился той бравой суицидалистикой органиков, что решил дать им шанс. Но тем двоим уже было все равно.
Трупы. В конце нет ни титров, ни рассказа конца истории, ничего. Ни малейшего разрешения. Ты завис на этой пустой дымящейся разоренной локации с единственным зависшим же сопартийцем и только бродишь ищешь тела всех прочих. А они уже словно памятники себе самим - только лица их прежних, а все остальное серый металл. Иногда причем это целые композиции, обыгрывающие кусок из прошлого. Входишь в дом, там в гостиной сидит на диване Тали, с двух сторон ее кто-то обнимает - это та сцена, где она получила письмо, что почти что весь ее Флот погиб. Хочешь выйти из дома, открываешь дверь - на пороге застыл Заид.
А Уолтерс все-таки муладец, ага?

@темы: Mass Effect и Мори: не разобрано, грейс[о]ны, ГиК, они

22:16 

Сама себе автор
Она не будет помнить его внешность, а он не будет помнить ничего о ней, но она найдет его сразу же, ведь то, что Алан забывает, Алан учит заново. И когда их машина для перевода крякнет, в той толпе он единственный будет тихо и монотонно переводить, что она говорит им.
Не синхронно, но от первого лица.

Когда они сойдутся лицом к лицу, точнее когда _она_ сойдет к ним разрешить ситуацию, желание сделать это с минимумом потерь будет первой причиной, желание лично встретить его - второй, а третья с четвертой будут стоять между ней и Аланом. И одна из них будет она сама. С поправкой на другой мир, конечно.
Когда они сойдутся лицом к лицу, он будет скорее готов чем нет, но в стартовой точке. Но оба чувства подновлены. Страх, перерастающий страх за себя. Стыд, рожденный не неприятием, а напротив! Этот Алан не будет ее искать, потому что ими уже был найден. И от-ка-зать-ся теперь от этого... от защиты, от самого стремления защищать его, от звания своего [а "мы своих не бросаем"], от принятия, наконец, его таким вот, застывшим позади них, не имея сил вымолвить "Я пойду"... Он будет напуган когда привлечет внимание, когда его попытаются увести - но когда он прочувствует, от чего...
Он не сможет от этого отказаться.
А потом он будет готов на все, лишь бы только не оказалось поздно...
Алан любого мира остается Аланом.
И останется?

@темы: они

21:20 

Сама себе автор
В ранней Мори Алан будит зверя. Она может оценивать его как угодно, может вести войну с кем угодно, но ее заклятым врагом, ее главной занозой и главной страстью всегда будет Алан, и она будет к нему стремиться. Лучше всего убить, в худшем случае покалечить, и уж чего она совершенно будет не в силах понять, так это почему этот странный парень [ГГ который] так уговаривает отпустить его или рвется его спасать. Но, пусть очень не сразу, пускай в конце, она что-то поймет или примет его слова на веру и как раз ее неожиданное вмешательство спасет Алану жизнь. Он не будет ей благодарен.

Отношение к нему средней Мори варьируется от искреннего презрения до броманса на подколках. В любом случае, либо теплые к нему чувства, либо ее чувство снисходительности не оставят выбора: тот, кто ринется ему на помощь в эпицентр катаклизма, тот она. А потом, да-да, Змей, она ухватит его за шиворот, выскажется и подтолкнет его в спину к выходу.

Поздняя Мори, она же серая, потеряв его в одном мире, перевернет десяток, чтоб отыскать опять.
Ирония в том, что рядом с ней Алан почти что обречен на одиночество.

@темы: они

19:24 

Сама себе автор
Отношения более ранней Мори и более среднего Алана в 6-ти словах:
- Я тебе жизнь спасла, ты, придурок.

@темы: они

19:11 

Сама себе автор
Сперва он борется за свое выживание.
Пытается нащупать под ногами ту же почву, выдержать всю ту боль, отстоять, отыскать, раскопать, погрузившись по локти в чужие внутренности, свой мир, свою правду. Выжить. Выправить чужой мир "обратно."
Я буду твоим миром, говорит она.
Он ломается, складывается, отрешается. Он пытается сохранить себя. Потом - только жизнь. И стать бы ему, возможно, одним из массы, несчастной прокрученной биомассы, но до сих пор нечто ранит сильнее боли.
И он, как и было предрешено, сосредотачиваясь на ней, пытается изменить ее первоначально, выправить. Донести до нее, отыскать в ней, задеть... коснуться. Чем дальше, тем все отчаянней, безрассудней, он пытается ее выправить потому уже, что она выворачивает ему наизнанку все мозг и душу, потому что она отводит ему место в мире, но жить так он не сумеет и все равно умрет и вопрос лишь как. Потому что есть ценности, которые, как он понимает здесь, ему даже важнее жизни. За которые умереть не страшно. И вот тогда-то он начинает осознавать, почему постоянно рискует жизнью она. И ему кажется, что он все понял. Что он на все готов - в этот раз.
А она открывает ему тот мир, от которого заслоняла. И подлинное ее понимание станет самым сокрушительным ударом, но он встанет снова. Рядом с ней. В меру возможного. И второго сезона не будет, а первый закончится на его откровении каково в этом мире жить ей-то. И что, любой ценой, пусть умрет, пусть, это больше уже не страшно - но он должен ее сберечь, такой как сейчас. Насколько только возможно...

@музыка: Martin Guerre - Tell Me To Go

@настроение: тевинтерка

@темы: они

17:22 

Сама себе автор
Угадайте, что в моей голове? "Все равно догоню и прикончу!" Люблю я Мори. Алана только не зацепи в пылу.
Моя красная девочка... То, что нужно.

@темы: грейс[о]ны, они

Ройзман

главная